О сопротивлении с любовью

Сегодняшняя порция размышлений у меня про самый интересный феномен нашей психики — её способность к защите и самосохранению. В психотерапии это ещё называют сопротивлением. Вот приходит человек с проблемой в одном каком-то месте. Причём это не просто_проблема, и скорее всего не Проблема, а ПРОБЛЕМА или даже ПРОБЛЕМИЩА. Просто_проблемы есть у всех, и это не повод беспокоить психологов, а так — пустяки…

А вот ПРОБЛЕМА — это уже совсем другое дело. Это не царапина, «зелёнкой» самостоятельно не помажешь, это уже «гнойный нарыв» — вскрывать только с помощью специалиста и обязательно с антибиотиками. В общем, «болячка» эта раздражает, беспокоит, болит и всячески мешает жить своему хозяину. И приносит он её, драгоценную, к доброму доктору Айболиту — давай, мол, лечить, надоело. Сможешь?..
А мы, специалисты, конечно можем. Только вот (увы) психологи — не хирурги, а жизненные всякие-разные проблемы — не болячки, хотя аналогии и напрашиваются сами собой. Поэтому не получится: сделать в одном месте надрез, промыть, зашить, помазать — и всё пройдёт. Большинство запросов (или проблем), с которыми обращаются к психологу, — это симптомы не «гнойного нарыва» в одном конкретном месте, а «болезни» всей системы в целом.

Причём система эта состоит не из одного конкретного человека, который пришёл на приём, а из всей его жизни, всех сфер его деятельности и всех людей, которые его окружают. Более всего «болезнь» проявляется через один или несколько симптомов, но это не значит, что их устранение приведёт к исцелению. К тому же далеко не все симптомы поддаются легкой и безболезненной ликвидации.

В процессе работы выясняется, что именно стоит за предъявленными симптомами, появляются первые изменения и наступает некоторое облегчение. Однако, затем часто возникает сильное сопротивление, которое преодолеть удаётся далеко не сразу и далеко не всем обратившимся за помощью к специалисту. Потому что становится ясно (или не становится, а только смутно ощущается), что избавиться от надоевшего симптома окончательно и бесповоротно можно только в одном случае — начиная изменять там, где изменять не планировалось.

В этом месте возникает много злости, много отчаяния, иногда — бессилия. Потому что кажется: ну зачем мне менять работу, если у меня проблемы в личной жизни? (Или наоборот. Это очень упрощенный пример.) А ещё возникает много страха. Потому что вдруг всё как возьмёт и изменится?! И даже если это именно те изменения, которых ты хотел и ждал, они все равно пугают.

И тогда ты начинаешь искать объяснения тому, что с тобой происходит: психолог какой-то не такой, психология — ерунда и не помогает, пустая трата времени и денег и т.д. и т.п. В общем, хочется резко бросить всю эту вашу психологию к чертям собачьим и забыть как страшный сон. Жили же как-то люди сотни лет без психологов?! И ничего, выжили. Вот и я проживу.

Здесь важно понимать, что это естественно и нормально — испытывать страх перед изменениями. Сопротивление тоже возникает не просто так — включаются защитные механизмы, позволяющие нашей психике сохранить свою целостность и функциональное состояние. Они включаются и в повседневной жизни, так регулярно и часто, что мы этого даже не замечаем. Ведь это наши обычные способы реагирования на повседневные события.

Процесс психотерапии отличается от повседневной жизни тем, что он более насыщен новым опытом. Этот опыт не всегда успевает усвоиться гармонично, в достаточном количестве. В результате наша психика оказывается не способна продолжать воспринимать новый опыт ещё и ещё, и развивается сопротивление. Форма проявлений сопротивления и его сила зависят от многих факторов — не только от текущего процесса, но и от всего предыдущего жизненного опыта.

Это может быть обесценивание (плохой психолог или психология не помогает), избегание (опоздания на встречи, переносы или отмены встреч, заболевание, забывание, игнорирование домашних заданий), рационализация (сразу находится вагон и маленькая тележка причин «почему надо перестать ходить к психологу» от «нет денег/времени» до «ерунда это всё»). Сила сопротивления может достигать таких масштабов, что захочется бежать от одного только упоминания слова «психолог» без оглядки.

А ещё — от особенностей нашей нервной системы. Тип нервной системы (её сила/слабость, лабильность/ригидность и уравновешенность процессов) — это физиологическая данность. Такая же, как 2 руки, 2 ноги, потребность в еде или регулярные испражнения. Простите мне туалетную метафору, но мы не несём ответственности за то, что регулярно хотим пИсать. Мы несём ответственность только за то, как обращаемся с этой потребностью. С момента, как она возникает, до момента реализации мы имеем некоторое время, в течение которого можем поискать туалет. А можем игнорировать своё желание и в конце концов справить нужду в не очень подходящем для этого месте или намочить штаны. Но если «к горшку» нас приучают с детства, то замечать более сложные психофизиологические процессы и учиться обращаться с ними приходится по наитию. А сопротивление — это психофизиологическая данность.

Говорят, что терапия начинается с сопротивления. Это действительно так, но гораздо чаще она сопротивлением заканчивается. Обычно самое сильное сопротивление возникает в начале терапевтических отношений, примерно через 10-15 встреч. Многие именно в этот период принимают решение прервать работу с психологом. По нескольким причинам, основная из которых — неумение заметить своё сопротивление и поговорить о нем со своим психологом. Некоторые уходят, переживают этот период самостоятельно и спустя какое-то время решают продолжить. Иногда клиенты сознательно берут «отпуск» и возвращаются. А иногда прощаются насовсем.

Но гораздо чаще встречаются случаи, когда клиенты в сопротивлении начинают менять психологов как перчатки, все больше и больше разочаровываясь в психологии и в возможности решения своих проблем. Психологические форумы пестрят обсуждениями в духе «ах, какой плохой психолог», «мне кажется, мой психолог подталкивает меня к разрыву отношений с близкими/разводу с мужем и т.д.». В этих темах о психологах можно узнать массу всего занимательного — и на деньги разводят, и козни строят, и непрофессиональные, и выгоревшие, и деформированные, и сами больные, и вообще вся эта ваша психология — секта. В общем, враги рода человеческого как они есть.

Я отношусь к тем психологам, которые предупреждают клиентов о том, что они могут начать испытывать сопротивление, и прошу замечать и говорить обо всем, что с ними происходит. Однако это не всегда помогает, потому что в процессе работы даже очень мотивированный клиент может столкнуться с таким сильным сопротивлением, что все мои предупреждения окажутся забыты. Кроме того, замечания и предположения психолога о возможном сопротивлении могут восприниматься клиентом как его осознанное желание ничего не делать. Здесь возникает пространство токсичной вины: я — плохой и не оправдал ожиданий своего психолога, или меня уличили в недобросовестности — вроде хотел разобраться в себе, а теперь как будто отлыниваю, вслед за чем следует новый виток обесценивания, рационализации и избегания. Что только усугубляет процесс, препятствует ассимиляции полученного опыта и продолжению работы.

Возникновение сопротивления, несмотря на то, что оно, казалось бы, тормозит терапевтический прогресс, само по себе уже является показателем эффективности терапевтической работы. Значит, вы уже получили некий новый опыт, который прямо сейчас раскладывается по полочкам в вашем бессознательном. Мы не несём ответственности за наше сопротивление, только за то, как обращаемся с ним. Лучшим выходом в этой ситуации является размещение всех признаков возможного сопротивления в поле терапевтического диалога. Это и вам позволит лучше себя понять, и психологу — более внимательно и бережно подбирать тактику работы с вами.

Поэтому я считаю важным проживать процесс сопротивления на встречах с психологом. Как бы при этом ни хотелось уйти, прекратить, поссориться и т.д. Я сама, как и многие психологи, в начале своего клиентского опыта также проходила через это, я знаю — каково это. Но также я знаю, что сейчас я проживаю сопротивление значительно легче. Находясь в контакте со своим сопротивлением, зная как и в чем оно проявляется, я могу регулировать количество нового опыта, который могу принять на очередной встрече со своим терапевтом или супервизором.

Я понимаю и принимаю тот факт, что мне нужно время. И когда моя психика будет готова к очередной порции проживания нового опыта, она сама даст мне знать об этом. Не бывает быстрых результатов, не бывает точечных изменений. В психотерапии происходит процесс перестройки всей жизненной системы клиента. В ней есть «легкие» места, где можно увидеть первые результаты ещё до первого сопротивления. А есть глубокие, труднодоступные «болотные топи», до которых и добираться больно и страшно, и изменения в них заметить сложнее.

Возможно, читая сейчас этот текст, вы как раз находитесь в процессе сопротивления. Возможно, вам даже захочется обесценить и его, и его автора. (Пфффф, какая чушь! Опять клиент во всем виноват! Дурацкие психологи!) Ничего, я вас очень понимаю и переживу. Но гораздо лучше, если вы прислушаетесь к себе, заметите своё сопротивление и подружитесь с ним. Собственно, потому я это всё и написала.

В конечном итоге эффективность вашей работы с психологом зависит не от частоты встреч, не от их длительности, не от их регулярности и тем более не от их стоимости. И даже не от профессионализма и опыта психолога. А от того, как много, как долго и как часто ваша психика готова «переваривать» новый опыт — то, что возникает в процессе, из процесса, создаёт новый процесс, и что в свою очередь позволяет получать результаты.

Добавить комментарий